Как сообщили «Известиям» в ведомстве, в планах — собрать СОБРы, ОМОНы, а также отдельные разведывательные отряды (ОРО) и отряды специального назначения (ОСпН) в управления сил специального назначения (УСпН) Росгвардии.

Новые управления будут организованы по территориальному принципу и отвечать за определенные регионы страны. Замыкаться УСпН будут непосредственно на руководство Росгвардии, а точнее — на Главное управление Сил специального назначения ФСВНГ, сформированное весной прошлого года.

Помимо силовых подразделений в УСпН планируется включить авиацию: авиаотряды специального назначения, которые ранее были переданы ведомству из МВД.

По мнению военных экспертов, концентрация спецназа Росгвардии в едином кулаке повысит его мобильность и эффективность.

Спецназ сможет молниеносно передислоцироваться в любую точку страны для поддержания правопорядка и проведения спецопераций.

Мнения опрошенных «Известиями» сотрудников и военнослужащих спецназа Росгвардии разделились: одни считают, что новая структура решит проблемы взаимодействия с оперативными структурами МВД, другие называют УСпН ненужными бюрократическими надстройками.

От ОМОНа до разведки

В 2016 году в Росгвардию влились подразделения спецназа полиции и Внутренних войск МВД, которые сильно различаются по уровню подготовки и типам решаемых задач. В Росгвардии спецназ условно делят на полицейский и войсковой.

В войсковой блок входят 19 отдельных разведывательных отрядов и отрядов специального назначения, а также легендарный 604-й Краснознаменный центр специального назначения «Витязь».

Войсковой спецназ натренирован на обнаружение незаконных вооруженных формирований и на уничтожение их лидеров. Численность отрядов ведомством не разглашается.

В полицейский блок входят 123 отряда ОМОНа и 82 подразделения СОБРа. В них служат более 20 тыс. человек. Сотрудники ОМОНа привлекаются для обеспечения безопасности во время массовых мероприятий.

СОБРы созданы для борьбы с организованной преступностью. И те и другие не раз успешно применялись в войсковых антитеррористических операциях на Северном Кавказе.

Теперь эти подразделения соберут под одной крышей.

— Все изменения рассчитаны на повышение эффективности силовой составляющей Росгвардии, — сообщили «Известиям» в ФСВНГ.

Первое управление уже создано

Реформа уже идет. В Московской области создано первое экспериментальное УСпН Росгвардии. Оно находится на территории оперативной дивизии имени Дзержинского.

В новую структуру вошли СОБР из Долгопрудного и части ОМОНа, расквартированные в Щелково, Сергиевом Посаде, Подольске. В Росгвардии «Известиям» подтвердили создание нового центра, но от дальнейших комментариев отказались.

Планируется, что второе УСпН появится в Пятигорске уже в нынешнем году. В него войдут 17-й отряд СпН, части 98-го специального моторизованного полка и ОМОНа. Из Москвы работу таких УСпН будет курировать Главное управление ССпН Росгвардии.

— Сейчас обсуждается вопрос оптимального построения служб и подразделений Росгвардии, в том числе и управлений спецназначения, — рассказали «Известиям» в ФСВНГ. — К концу 2018 года планируется иметь четыре управления, каждое из которых будет охватывать определенную территориально-географическую зону.

После реформы спецназ ФСВНГ станет сверхмобильным. Для этого УСпН в случае необходимости на постоянной или временной основе будут придаваться авиационные части Росгвардии.

В случае возникновения угрозы спецназовцы должны оказаться в любой точке страны через несколько часов.

Ранее по такой схеме действовал Центр специального назначения сил оперативного реагирования и авиации МВД, куда входили СОБР «Рысь» и ОМОН «Зубр».

Юридические трудности

При создании УСпН руководству Росгвардии уже пришлось столкнуться с юридическими проблемами. Части СпН и ОРО комплектуются военнослужащими, на которых распространяется армейское законодательство. Они несут службу по воинским уставам. Трудовая деятельность сотрудников СОБРа и ОМОНа регулируется законом «О полиции».

— Сейчас сотрудники этих отрядов ждут, когда станут военнослужащими, — рассказал «Известиям» председатель межрегионального Московского профсоюза полиции Михаил Пашкин. — После подписания контрактов у них начнется жизнь по воинским уставам.

Прежде чем покинуть часть, им придется ставить в известность командира. Командование в этих частях сможет вводить казарменное положение.

Телефонное взаимодействие

Офицеры ОМОНа говорят, что уже сейчас есть проблемы с межведомственным взаимодействием Росгвардии и МВД. В частности, это касается силовой поддержки полицейских операций.

— До реформы руководитель подразделения полиции мог лично позвонить командиру СОБРа и ОМОНа и в течение пяти минут договориться о выезде на задержание, — рассказал Михаил Пашкин. — Теперь поддержку надо просить у Росгвардии и ждать согласования.

Бывший замглавкома Внутренними войсками России генерал-лейтенант Петр Ровенский рассказал «Известиям», что вопросы взаимодействия уже решаются на уровне оперативных дежурных двух ведомств и на это уходят минуты.

По словам офицеров, у УСпН будут в первую очередь диспетчерские функции — принимать заявки от Следственного комитета РФ или полиции на проведение спецопераций и направлять соответствующие силы.

По словам офицеров ОМОНа, взаимодействие можно улучшить. Для этого в руководство новых УСпН надо ввести сотрудников с опытом работы в МВД. Они знают специфику полицейских спецопераций и все нюансы взаимодействия с МВД и СК.

На местах опасаются «штабных надстроек»

В ходе реформы руководству Росгвардии придется решить несколько непростых проблем. Один из офицеров ОМОНа рассказал «Известиям», что возникновение новых управлений может повлиять на взаимодействие и управляемость частей.

— Целью любой реформы должно быть повышение эффективности, — отметил он. — Есть система руководства СОБРом и ОМОНом, которая уже доказала свою состоятельность. Стоит ли что-то менять? Появление надстройки в виде руководства УСпН неизбежно скажется на оперативности принятия решений.

Сотрудники спецназа, опрошенные «Известиями», отметили, что объединение ОМОНа и СОБРа в одну структуру может привести к проблемам. Хотя бы потому, что статус, уровень образования и спецподготовки сотрудников этих отрядов слишком разные.

СОБРы всегда комплектовались офицерами, как правило, в звании майора или подполковника. ОМОНы — в основном прапорщиками. Объединение СОБРа «Рысь» и ОМОНа «Зубр» в единую структуру именно по этой причине создало много проблем, которые сказались на взаимозаменяемости этих частей.

Что дальше?

Реформа позволит повысить мобильность СОБРов, ОМОНов и войскового спецназа в единую структуру Росгвардии, а также выровнять уровень подготовки бойцов разных подразделений.

— Сейчас сотни отрядов ОМОНа, СОБРа и войсковой разведки Росгвардии разбросаны по территории всей страны, — рассказал «Известиям» военный эксперт Владислав Шурыгин. — Новые УСпН станут мобильными силами.

Они смогут быстро и эффективно передислоцироваться в разные районы и решать там широкий круг задач: вести борьбу с массовыми беспорядками, задерживать преступников и террористов, выполнять специальные операции. 

По мнению эксперта, в новых центрах эти подразделения будут проходить единую программу боевой подготовки, на одной и той же технике и по единым ведомственным стандартам.

— Сейчас полиция частично финансируется за счет бюджетов регионов, — рассказал Владислав Шурыгин. — На эти деньги закупается форма и вспомогательное снаряжение.

В итоге отряды СОБРа и ОМОНа хоть и перешли в Росгвардию, до сих пор не выглядят единообразными. Особенно ярко различия проявляются в экипировке и форме. Омоновцы из разных регионов могут быть внешне совершенно не похожи друг на друга.

Труднее всего найти место в составе Росгвардии будет войсковым разведчикам. Сейчас в отличие от 1990-х — начала 2000-х на Северном Кавказе нет многочисленных банд боевиков. А борьба с терроризмом входит в зону ответственности ФСБ.

Однако наличие подразделений с разной специализацией при грамотном подходе позволит спецназу Росгвардии решать практически любую задачу — от охраны массовых мероприятий до поиска особо опасных бандгрупп в лесных массивах.

Газета "Известия". Авторы: Богдан Степовой, Алексей Рамм, Евгений Андреев

Подразделения спецназа стали жертвами моды на свое название

Всего за несколько лет части и подразделения СпН пережили удивительный виток развития: от серьезного сокращения и переподчинения к формированию новых бригад и даже батальонов, переоснащению на новейшие образцы вооружения и военной техники, средств связи, приборов разведки и наблюдения. Но, даже несмотря на успешные действия «вежливых людей» в Крыму, у российских спецназовцев достаточно много серьезных проблем.

Все, что с 2009 года происходит в частях и подразделениях специального назначения, получило у самих спецназовцев достаточно меткое название «хаотические метания» или еще проще – «хаос». Как шутят в частях и подразделениях СпН: «Сначала зачахли, а сейчас пытаемся зацвести по-новому. Но все как-то неудачно».

Дикорастущие бригады

С самого начала объявленного экс-министром обороны и бывшим начальником Генерального штаба перехода на новый облик бригады специального назначения подверглись внезапному сокращению и переформированию. Более того, части и подразделения СпН волевым решением руководства военного ведомства были переподчинены разведывательному управлению Сухопутных войск, покинув структуру ГРУ Генштаба. А вот управление, отвечавшее за спецназ, так и осталось в ГРУ.

В 2009 году были расформированы 12-я (город Асбест) и 67-я (Бердск) бригады специального назначения, а 24-я обрСпН буквально за полтора года успела сменить несколько мест дислокации, переехав сначала из-под Улан-Удэ в Иркутск, а затем в Бердск, теряя при каждом перемещении военнослужащих, не пожелавших продолжать службу в новых гарнизонах.

По некоторым данным, планировалось расформировать самую молодую бригаду – 10-ю обрСпН из краснодарского Молькино, созданную в 2003-м для решения специальных задач на Северном Кавказе. Правда, ситуация в регионе заставила отказаться от этих планов. Но все же один из отрядов бригады был передан в состав вновь сформированной экспериментальной 100-й разведывательной бригады.

В остальных частях и подразделениях спецназа прошли сокращения должностей офицеров и прапорщиков, а также значительно выросло число военнослужащих по призыву, заменивших контрактников. Одно время у командиров подразделений был специальный график увольнения контрактников, за выполнение которого спрашивали на каждом совещании.

По первоначальному плану, одобренному бывшим НГШ, на группу из 12 человек достаточно было двух-трех военнослужащих по контракту – заместитель командира группы, снайпер и связист. Как говорят сами бойцы спецподразделений, сначала все разломали, а потом начали строить новую систему, до конца не понимая, чего хотят в итоге.

В 2009 году в нескольких общевойсковых бригадах появились так называемые национальные батальоны специального назначения. В частности, в 19-й омсбр такой батальон комплектуется военнослужащими ингушской национальности, а в 18 и 8-й бригадах – преимущественно чеченцами.

Еще больший хаос в реформирование подразделений спецназа внесла Олимпиада в Сочи. Для ее обеспечения Минобороны начало формирование бригады специального назначения – 346-й обрСпН и отдельного полка – 25-го опСпН. По некоторым данным, главной задачей этих воинских частей была защита района Сочи от возможных рейдов террористов со стороны Большого Кавказского хребта.

Примечательно, что до 2012 года, до назначения на должность министра обороны Сергея Шойгу в Вооруженных Силах РФ был только один полк специального назначения – 45-й опСпН ВДВ, правда, формально (несмотря на название) не входивший в структуру частей и подразделений спецназа ГРУ. А 25-й полк, дислоцированный в Ставрополе, стал уникальной воинской частью. По некоторым данным, его ротам еще на этапе формирования были «нарезаны» районы ответственности в горах. С задачей охраны Олимпиады полк справился на «отлично», впрочем, как и другие привлеченные части и подразделения СпН.

С 2013 года спецназ, вернувшись под крыло ГРУ, начал, как шутят сами военнослужащие, «бурно плодиться». Буквально за два года национальные батальоны СпН появились в составе 4 и 7-й военных баз. Примечательно, что комплектуются эти подразделения в основном за счет жителей Абхазии и Южной Осетии, хотя, как утверждает Минобороны России, только тех, у кого есть паспорта граждан РФ.

В разведывательных батальонах нескольких бригад, в частности 34-й мотострелковой (горной), появились роты специального назначения. После неудачного эксперимента из 100-й разведывательной бригады отряд СпН вернулся в 10-ю обрСпН, а на его месте был сформирован разведывательный батальон с двумя ротами СпН. По такому же штату до недавнего времени существовала и 33-я разведывательная бригада (горная). Правда, эту воинскую часть в очередной раз переформировали, но уже в обычную мотострелковую бригаду.

Необходимо отметить, что в составе каждой общевойсковой, десантно-штурмовой бригады (полка) есть рота снайперов, также формально являющаяся подразделением специального назначения. При этом в северокавказских 8, 18, 19-й мотострелковых бригадах помимо снайперских рот и батальонов СпН есть еще и группы снайперов – как говорят в СКВО, мотострелково-спецназовские бригады.

Несмотря на возвращение частей и подразделений СпН в структуру Главного разведывательного управления, возникла парадоксальная ситуация с их подчиненностью. К примеру, бригады СпН подчиняются ГРУ, а различные батальоны и роты – одновременно командирам бригад, начальникам разведки армии и округа, а в некоторых случаях – начальнику штаба и лично командующему округом. В то же время ГРУ отвечает за их подготовку, а также в определенных условиях и за боевое применение.

Что ни воин, то Рэмбо

Фактически за два года в Вооруженных Силах России прошла своего рода спецназизация, когда подразделения СпН появились даже в мотострелковых и танковых бригадах. Понятно, что потребность не только в подготовленных разведчиках, но и в связистах, спецминерах и т. д. возросла многократно. Нельзя забывать и о снайперах, которые должны заканчивать специальные курсы, до недавнего времени проводившиеся только в Подмосковье.

Одной из попыток решить проблему подготовки специалистов стало расширение возможностей специализированных центров подготовки военнослужащих-разведчиков и бойцов СпН в каждом округе. К примеру, в Северо-Кавказском округе центр «Дарьял» специализируется на горной подготовке, а аналогичная воинская часть в ЦВО – на действиях в зимних условиях, в частности в лесистой и холмистой местности.

Но как признаются офицеры-спецназовцы, главная проблема – малая доля военнослужащих по контракту, особенно во вновь сформированных снайперских ротах, а также ротах и батальонах СпН. Зачастую на несколько десятков призывников приходятся два-три контрактника. Не намного лучше с кадрами и в бригадах СпН, хотя там командиры с начала создания нового облика прикладывали максимум усилий, чтобы сохранить костяк сложившихся воинских коллективов.

Стоит отметить: несмотря на распространенное мнение о том, что все бригады СпН до нового облика являлись контрактными, процент призывников в частях СпН был достаточно большой. Высокой долей профессионалов могли похвастаться только северокавказские 10 и 22-я обрСпН. Хотя в августе 2008 года срочно переброшенный в Южную Осетию 108-й отряд СпН 22-й бригады пришлось усиливать сводными разведгруппами военнослужащих-контрактников из состава других частей этой обрСпН.

До недавнего времени из четырех рот и отдельных взводов в отрядах СпН бригад полностью контрактной была только одна рота, не считая отдельных военнослужащих, в частности водителей БТР, связистов, минеров и т. д. Все остальные подразделения состояли из призывников. Понятно, что для выполнения боевых задач призывников старались не привлекать, поэтому под задачу бригады могли с трудом выставить один отряд СпН из трех рот специального назначения, роты спецвооружения и отдельных взводов.

Правда, к настоящему времени принято решение «не размазывать тонким слоем» военнослужащих по контракту по всей бригаде (батальону), а формировать так называемый контрактный отряд или роту.

Одна из самых острых проблем – подготовка спецназовцев-снайперов. Даже в ротах снайперов общевойсковых бригад в настоящее время по штату положено несколько австрийских винтовок Штейр-Манлихер SSG-04. Снайперов готовят несколько месяцев на курсах в Подмосковье, где они не только осваивают Штейр, но также проходят тактико-специальную подготовку, топографию, маскировку и т. д.

Пока на курсы отправляют только офицеров и военнослужащих по контракту, так как призывник по окончании курсов, скорее всего, уже будет уволен в запас. Занятия достаточно сложные, требуют от кандидатов не только физической выносливости, но и высокого уровня интеллекта. Увы, подобрать такой контингент не всегда получается. Зачастую военнослужащие возвращаются в свои подразделения отчисленными. Примечательно, что снайперы одной из мотострелковых бригад получили сертификаты об окончании курсов, но по результатам обучения сложные и дорогие австрийские винтовки им не доверили.

Солдаты нетрадиционной войны

Претерпели изменения не только структура и состав частей и подразделений СпН, но и задачи. Несмотря на то, что документы, регламентирующие боевое применение спецназа, остаются под грифами «Секретно» и даже «Совершенно секретно», из открытых источников можно узнать, что одна из главных задач частей и подразделений СпН – ведение так называемой специальной разведки. Речь идет не только о наблюдении, но и о проведении засад, рейдов и поисков в глубоком тылу врага. В настоящее время к этим задачам добавилась еще и работа в зонах локальных конфликтов.

Если обратиться к американскому уставу FM 3-18 Special Forces Operations, принятому в мае 2014 года, можно обнаружить, что так называемая специальная разведка не входит в «шорт-лист» американских «зеленых беретов», чья главная задача, как указывается в главе 3 полевого устава, ведение unconventional warfare, дословно – нетрадиционных боевых действий. Второй по значимости задачей считается подготовка иностранных специалистов, а третьей – противоповстанческие действия.

Опыт контртеррористических операций на Северном Кавказе доказал, что подразделениям спецназа пора переходить от специальной разведки к работе в гораздо более широком спектре. По некоторым сведениям, в новом боевом уставе частей СпН есть новые разделы, регламентирующие поставленные задачи.

Однако такое расширение функций не всегда находит понимание не только у самих спецназовцев, но и – что важнее – у органов военного управления, отвечающих за планирование боевого применения частей и подразделений СпН, традиционно считающих, что их главная задача – ведение разведки, а также охрана штабов, подвижных пунктов управления и командного состава.

Хотя присоединение Крыма к России в прошлом году еще раз доказало, что спецназ – это не только разведка в тылу врага, но и инструмент для решения сложных военно-политических задач. Спецназовцы не забрасывались с целью ведения разведки, а блокировали воинские части, действовали против враждебно настроенных элементов, организовывали силы местной самообороны – фактически вели те самые unconventional warfare, прописанные в американских уставах. Но, несмотря на продекларированные в новых российских документах задачи, программа боевой подготовки в большинстве частей и подразделений СпН по-прежнему заточена в основном под ведение разведки.

Стоит отметить, что в армии США «зеленые береты» сведены в группы специального назначения, закрепленные за определенными регионами земного шара. В частности, базирующаяся в Форт-Льюисе 1-я группа сил СпН работает в Тихоокеанском регионе, 10-я – ориентирована на Европу, Балканы и т. д.

В зависимости от воинской специальности обучение американского спецназовца занимает от одного года (инженер, специалист по тяжелому вооружению) до двух лет (медик). Структура не только групп, но и всего командования специальных операций оптимизирована под unconventional warfare.

Вопрос, целесообразна ли такая спецназизация в Российской армии? Какие нетрадиционные боевые действия может вести рота специального назначения в составе разведбата, фактически выполняющая задачу ранее существовавших разведывательно-десантных рот, или снайперская рота общевойсковой или даже десантно-штурмовой бригады, к тому же укомплектованная преимущественно военнослужащими по призыву?

Надо признаться, что подавляющее большинство вновь сформированных частей и подразделений СпН скорее не спецназ, а некий орган войсковой разведки с увеличенными возможностями. Но успех «вежливых людей» в Крыму привел руководство Минобороны к парадоксальному выводу: вместо того чтобы структурировать хаотическую массу различных рот, батальонов, полков и бригад спецназа и четко распределить между ними задачи и зоны ответственности, спецназизация продолжается.

Правда, судя по последним решениям военного ведомства, в частности переформированию 45-го разведывательного полка ВДВ в отдельную разведывательную бригаду, а также внесению изменений в организационно-штатные структуры частей и подразделений СпН, вероятнее всего, количество все же начинает переходить в качество.

Верните статус

Менее чем за шесть лет сокращений и переформирования части и подразделения СпН разрослись, войдя даже в состав общевойсковых бригад. Правда, спецназизация пока создала большое количество трудностей: нет устоявшейся структуры, нет подготовленных специалистов.

«Спецназа много не бывает. Это штучный инструмент для сложной работы», – такой фразой можно обобщить мнение многих военнослужащих по поводу происходящего сейчас в частях и подразделениях спецназа.

И тем не менее нельзя отрицать, что за несколько лет в Вооруженных Силах России, несмотря на все трудности, появились отлично подготовленные, способные решать даже такие сложные задачи, как нетрадиционные боевые действия, подразделения специального назначения, что и доказали события в Крыму. Напрашивается вывод: спецназ должен быть элитой. А ее по определению много быть не может. Так что войсковая разведка пусть останется разведкой, без всяких «спец». Ее авторитета это не умалит.

Источник

Исходить сейчас надо из того, что война неизбежна, а она действительно неизбежна – учитывая, что состояние России относительно возможного начала вооруженной фазы войны соответствует примерно началу 1939 года. Мы считаем, что война на территории России возможна в очень скором будущем. При этом, нужно понимать, что Россия будет воевать не против 82-й десантной дивизии США или танковых колонн НАТО. Россия будет воевать на своей территории, в первую очередь, с теми отморозками, с той "пятой колонной", с подготовленным радикальным исламом, с собственными националистами, с украинскими бандеровцами и прочими, которые уже вооружены, которые хотят чего-то от всех нас. И воевать будет не армия, как правило, а население, потому что большие войны ведутся нациями, а не государством. Государство только осуществляет общее руководство.

У нас же может сложиться ситуация, как в Ливии, в других странах, когда будет обескровлено армейское руководство и управление государством практически исчезнет, и тогда население будет предоставлено самому себе, а также оно будет находиться во власти тех вооруженных отморозков, которые будут грабить магазины, убивать семьи, офицеров, служащих и т.д. И должны быть люди среди населения, кто способен заняться организацией, чтобы дать отпор этому всему. Нужна элементарная вещь – чтобы каждый мужчина и женщина имели навыки в простом действии при оружии. Женщины должны уметь перевязывать раны, помощь оказывать, кашеварить. Мужчина должен уметь стрелять, воевать, водить и прочее. И это не только требования для безопасности нации, безопасности России, – это требования для ее выживания как цивилизации. Когда начнется война на территории России, она, безусловно, будет вестись с целью уничтожения России как таковой, чтобы она исчезла из истории человечества и как великая держава, и как цивилизация. Навалятся все, но первоначально это будут бандиты, которые уже здесь, и которые придут – диверсионные группы и т.д. – так начинаются все войны.

Для того, чтобы дать возможный отпор со стороны населения, должны быть навыки начальной военной подготовки. Каждый парень, девушка должны понимать сами – вот эта программа – единственный способ и возможность, когда государство может дать эти навыки, научить его тому, что пригодится для выживания, для защиты себя, семьи, детей, и для того, чтобы потом успешно воевать. И это главное дело для всех СМИ и наших общественных деятелей – донести эту простую мысль до наших ребят – война неизбежна на территории России, им неизбежно придется воевать. Если какие-то части армии сохранятся, они будут помогать воевать населению, но никто не останется в стороне.

Сейчас к руководству Минобороны пришли дееспособные люди, способные думать, слушать, слышать, и они принимают необходимые меры, и одна из них – вот эта образовательная программа.

Это важная вещь, но и она – промежуточна. Родине должны служить все, и исключений быть не должно, кроме, разве что слепых и глухонемых. Служить Родине нужно обязательно и на военном, и на гражданском поприще. Член общества должен нести государственную службу – гражданскую или государственно-военную, которая может быть и не связана с владением и применением оружия. Это демократический выбор каждого. Если ты не делаешь ни того, ни другого, у тебя не должно быть ни карьеры, ни преференций, ты будешь в обществе изгоем. Все чаще приходится ставить в пример Израиль, где служат все, где не служивший мужчина не является мужчиной, на него девушки просто внимания не обращают. И это правильно, поскольку Израиль постоянно живет в атмосфере осажденного лагеря. Россия погружается в эту же самую систему. Опять приходится возвращаться к Украине - если посмотреть, что делается на Майдане, в Киеве, то подумайте, как "хорошо" живется людям в этом чаде покрышек. Там будет стрельба. И начнется – их много, они молодые, они откормленные чужими деньгами и чужим оружием и им все равно – они не у себя дома. Это самая жуткая вещь, которую мы наблюдаем, она, так или иначе, над всем миром нависает. К сожалению, самые "передовые демократические страны", такие как США, в этом участвуют непосредственно, поскольку другого пути, кроме как упрочить свое влияние в мире войной, у них нет.

Нужно чтобы и школы в этом деле участвовали, потому что патриотизм – это не только "любить Родину", это "любить Родину, уметь и хотеть ее защищать". Этому нужно обучать, к этому нужно принуждать, этим нужно заниматься. Сейчас в школе – "женское царство", практически все преподаватели – женщины. Можно ли там начальную военную подготовку сделать предметом серьезным и основным? Нет, а это надо делать. Перед войной в 1930-х гг. все сдавали "Готов к труду и обороне", бросали гранаты, бегали в противогазах, были кружки "Ворошиловский стрелок", "Юный разведчик" и прочие. Сейчас надо, чтобы военная подготовка входила в основные и обязательные предметы в каждой общеобразовательной школе. И то, чего школьник достиг в ГТО, по военной специальности, по военной подготовке, у него должно быть отражено в дипломе. На штатное место имеющихся сейчас классных руководителей, которые совмещают руководство с преподаванием, поставить в 11-ти классах 40-50-летних мужиков, старших офицеров запаса, имеющих высшее образование, имеющих свои семьи, прошедших специальную подготовку. Представляете, что это значит, когда в школе появляется 11 таких мужиков? Не будет ни курения, никто ничего в эту школу не принесет, никаких наркотиков, ничего. Они их всех построят и будут заниматься классами постоянно, и тогда школа будет воспитывать, а не производить "подготовленного потребителя", как говорил Фурсенко.

Для этого тоже нужно политическое решение. Должны быть кружки, летние лагеря, ДОСААФ работать должен, учить водить, стрелять и т.д. Есть куча вещей, о которых гражданские не имеют понятия, но из которых складывается выживание нации. И то, что сейчас принято решение именно таким путем готовить сержантов и солдат – это правильное решение, потому что армия – часть огромного военного всевобуча, без которого ни одна нация не выживет. А Россия, которая вела войны практически на протяжении всей своей истории, должна этим делом владеть. Армия наша не очень боеспособна, управление будет не очень хорошим, пока все организуется, пройдет время. В это время инициатива будет у вооруженного подполья, исламистов и бандитов. Поэтому процесс надо ускорять.
[/JUSTIFY]

Бывшего полковника расстреляли возле нотариальной конторы, он получил четыре пули в голову
Бывший полковник Юрий Буданов, некогда ставший фигурантом громкого дела об изнасиловании и убийстве чеченской девушки, был застрелен в пятницу, 10 июня, на Комсомольском проспекте в Москве. Об этом сообщает РИА Новости со ссылкой на источник в правоохранительных органах столицы.Факт убийства Буданова уже подтвердили в Главном управлении МВД РФ по Москве.
«По предварительным данным, застреленный на Комсомольском проспекте мужчина - полковник запаса Буданов», - сказал представитель пресс-службы ГУ МВД.
Кроме того, сообщение об убийстве Буданова появилось на сайте Следственного комитета РФ.
«Сегодня около 12 часов 30 минут поступило сообщение о расстреле мужчина на Комсомольском проспекте в Москве. На месте происшествия работает следственно-оперативная группа Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по городу Москве, - сказано в сообщении ведомства. - Проводятся первоначальные следственные действия и оперативно-розыскные мероприятия. По предварительным данным погибший – Юрий Буданов».
На место происшествия прибыл руководитель московской милиции Владимир Колокольцев.
Ранее СМИ сообщили об убийстве мужчины возле нотариальной конторы, расположенной в доме 38 на Комсомольском проспекте. Преступники выпустили в свою жертву шесть пуль, четыре из которых попали в голову. О том, что это Юрий Буданов, СМИ первыми рассказали анонимные источники в правоохранительных органах.
Исполнители преступления скрылись на автомобиле Mitsubishi Lancer белого цвета. По данным интернет-издания Life News, машину объявили в розыск, однако 20 минут спустя автомобиль был найден сожженным в нескольких кварталах от места убийства.