Socol218

Думаю нормально и люди, которые в самолёте сидели с этим согласятся.

Думаю нормально и люди, которые в самолёте сидели с этим согласятся.

Думаю нормально и люди, которые в самолёте сидели с этим согласятся.

Израильские онижедети напали на полицейских
 

Я смотрю профессионализм растет прямо на глазах. Клиент в квартире сам стал двухсотым... От смеха.

Я смотрю профессионализм растет прямо на глазах. Клиент в квартире сам стал двухсотым... От смеха.

Спецоперация в селе Вознесенском
 
Подробности
Вечером 6-го нас собрал командир – сбор на инструктаж к конторским операм. Информация следующая: в cеле Вознесенское (бывшая казачья станица), в Малгобекский отдел пришел дедуля, прожженный коммунист. Говорит, что в заброшенном доме уже пару вечеров видны всполохи пламени, как будто костер жгут. 

Опера не в курсе, кто бы это мог быть: может, таджики облюбовали заброшенное строение, может, "плановая" молодежь по вечерам траву курит. Никто вроде бы не пропадал, в розыск никого не объявляли, эмиссаров новых нет, малгобекскую банду всю задержали/ликвидировали, бютюкаевские бойки так далеко не зайдут. В общем, нужно проверять срочно, в ночь, а то мало ли что, вдруг уйдут утром. 

В общем, всё как обычно: опера на самом деле знают больше, но молчат. Наше дело маленькое – приехать, оцепить, задержать (по возможности), обеспечить безопасность оперов и вернуться на базу. 

Выдвинулись почти в два часа ночи. Колонна шла медленно, удалось полтора часа вздремнуть. К четырём утра прибыли в Вознесенское. Головная группа оцепила возможные пути отхода, после чего подтянулись основные силы с операми. Их старший кричит: "Граждане, находящиеся в здании, выходите!". В ответ тишина. Подошел к нашему, говорит: "Давай зайдем, может, показалось деду?". Тот в ответ: "Неладное что-то. Пахнет костром, который в спешке тушили по-пионерски. Пробуй еще, может, показалось мне, или спят те, кто в доме находится". Опер снова пошел к забору метрах в пяти от здания: "Граждане, находящиеся в здании, выходите! Правоохранительными органами проводится проверка паспортного режима!"... 

И тут – ба-бах!!! И пошла стрельба! Все рассыпались по укрытиям, по команде открыли ответку по зияющим окнам и проему двери. Затих. Старший из оперов своим отзвонился, ввели КТО. Затем передислоцировались, сменили парней. Опер орет: "Складывайте оружие и выходите, пока никого не ранили!". В ответ опять стрельба из глубины здания в нашу сторону, взрыв, и снова стрельба. 

Начало светать. Скрывавшиеся в здании бандиты отказались добровольно сложить оружие и выйти. Делать нечего, старшОй о чем-то поговорил с операми, – надо работать. Заняли позиции поудобнее: автоматная очередь, из дома ответка, очередь, ответка. Кинули гранату – вспышка, из дома ответка. Штурмовая группа подошла ближе, заняла позицию у двери, на случай, если пойдут на прорыв. Бой. Потом всё затихло. 

В результате огневого контакта бандит получил несовместимые с жизнью ранения. Отстреливался он из "Сайги" 410 калибра, успел бросить пару гранат РГД-5, еще две не успел использовать, поскольку загнулся от полученной порции свинца. В углу комнаты стоял рюкзак, после осмотра которого взрывотехники сообщили, что там СВУ с дюбелями, килограмм пять в тротиловом эквиваленте.

В итоге выяснилось, что в доме оказался один бойчишка, некий "Хамза", Загилов Павел, который жил в Малгобеке. Наблюдали они за ним давно, как за радикалом, склонным к выезду в Сирию с целью вступления в террористические группировки. Однако, около пары недель назад "Хамза" пропал из поля зрения оперов. Предполагали, что ему все-таки удалось выехать. 

Кто-то из оперов сказал, что ликвидированный боевик был вербовщиком и главарем террористической ячейки. Именно он завербовал и отправил четверых малгобекских утырков в январе этого года на "джихад" в Нальчик, и те напали на сотрудников ГИБДД. 

В итоге он отправился следом за теми упырями, которых завербовал и отправил на преступление, став, как и они, очередной порцией удобрений.
Итоги




Источник

Так хочется иногда побеспредельничать с такими.. 

Первая помощь в полевых условиях. Современные средства.
 
Makhnovskiy_A_I_-_Sovremennye_sredstva_i_sposoby_okazania_pervoy_dovrachebnoy_i_pervoy_vrachebnoy_pomoschi_v_polevykh_usloviakh_1.pdf

Первая помощь в полевых условиях. Современные средства.
 
Makhnovskiy_A_I_-_Sovremennye_sredstva_i_sposoby_okazania_pervoy_dovrachebnoy_i_pervoy_vrachebnoy_pomoschi_v_polevykh_usloviakh_1.pdf

Выдержки из книги по следопытству "Выслеживание двуногих". Основные направления.
 
Vyslezhivanie_dvunogikh_pervaya_glava.pdf

топография плюс руководство по Гармину
 
топо для опер подразд +GPS.pdf
 
 
топознаки.pdf

Выдержки из книги по следопытству "Выслеживание двуногих". Основные направления.
 
Vyslezhivanie_dvunogikh_pervaya_glava.pdf

Бланк карты по топографии с задачами и ответами
 
бланк вар 1-2.pdf
бланк вар 3-5.pdf
бланк вар 6-8.pdf
бланк вар 9-10.pdf

Выдержки из книги по следопытству "Выслеживание двуногих". Основные направления.
 
Vyslezhivanie_dvunogikh_pervaya_glava.pdf

Бланк карты по топографии с задачами и ответами
 
бланк вар 1-2.pdf
бланк вар 3-5.pdf
бланк вар 6-8.pdf
бланк вар 9-10.pdf

Может байка, может нет....
Невероятная история про Сталина, бабочек и танки 

Эта невероятная история, записанная Анатолием Полежаевым, произошла во времена Великой отечественной войны. Может быть, Вам покажется, что она не имеет отношения к образованию? А я думаю, что имеет. Эта история показывает, как раньше государство относилось к ученым. Можно ли предположить, чтобы подобное случилось в современной России или Беларуси… 
1942-й год. Зима. Война в разгаре. Немцы прут вперёд. В ставке верховного главнокомандующего – плановое совещание. Напоследок обсуждаются противные и не очень понятные присутствующим маршалам и генералитету вопросы. Маскировка. Нет, генералы кое что знают о маскировке – зимой – белые халаты, летом – хаки. Но у немцев всё как-то интереснее. Их аэродромы – не слишком заметны с воздуха, а танки – зачем-то, пятнистые и полосатые, как и форма обмундирования в некоторых подразделениях и частях. 

Товарищ Сталин требует, чтобы маскировкой занялись срочно и вплотную, и не абы как, а строго научно, с серьёзным обоснованием. Мол, мысль о том, что зелёное на зелёном – незаметно, не канает. Это и ежу ясно. Нужно что-то более универсальное. Сталин раздражён. Стучит трубкой по столу. Требует немедленных действий. Генералы чешут затылки. Предлагают копировать маскировку противника. Верховный в ярости. Ему нужен принцип и ясность. Как это работает и почему. И кто сможет этим заняться? 
Осторожно пискнув горлом, слово берёт какой-то свежеиспечённый генералишко. Он – из интеллигентов. Может, родители учёные, а, может, и сам, в прошлой жизни науку успел подвигать. Генерал робко и путано докладывает, что в Ленинградском университете был такой профессор Шванвич. Так вот он, в своё время, возглавлял кафедру энтомологии, пока её не разогнали в начале тридцатых, и занимался покровительственной окраской крыльев бабочек. Может, он на что сгодится? Сталин неопределённо хмыкает и требует срочно, сегодня же, привезти в Москву этого Шванвича и доставить прямо к нему. 
Генералы облегчённо подрываются со стульев и бегут исполнять приказание. Козёл отпущения найден. Даже два. Потому что инициатива, сами понимаете… 
Звонок в Саратов, куда эвакуирован университет. Никакого Шванвича там нет и не было. Кто-то говорит, что он остался в Ленинграде. А там сейчас, ясное дело, блокада. 
Спецрейс готов через двадцать минут. Самолёт летит в блокадный город. Шванвича находят дома, в постели. Он уже не встаёт. Куриный бульон в энтомолога заливают прямо в самолёте. 
Ночью он уже у Сталина. Главнокомандующий недоверчиво вглядывается в заросшее лицо доходяги-профессора и излагает суть задачи. Немного оклемавшийся Шванвич внимательно слушает и, похоже, даже что-то понимает. 
— Ну, что, профэссор, сможэщь помочь армии и фронту? 
— Смогу, – сипит в ответ Шванвич. 
— Что тэбе для этого нужно, профэссор? 
— Три дня и два художника… 
Через три дня Борис Шванвич докладывает перед всей Ставкой. Он избегает таких мудрёных слов, как «мимикрия» и «принцип стереоморфизма». 
Всё просто, элегантно и доступно. Основа концепции, если в двух словах – выступающее и высветленное красить в тёмное, затенённое и вогнутое – высветлять. Остальное – детали. Художники, под руководством Шванвича, уже всё проиллюстрировали. По сезонам и временам года. Для наглядности на столе стоят объёмные гипсовые модели, раскрашенные так, что их форма совершенно разваливается и уплощается. 
Шванвич говорит про «расчленяющий эффект» и про общие закономерности маскировки. 
Генералы и маршалы сидят с распахнутыми ртами. 
Год спустя, Шванвич снова на приёме у Сталина: 
— Проси, что хочэщь, профэссор… Хорошо поработал. 
Шванвич задумывается буквально на секунду: 
— Хочу кафедру энтомологии. Она была. Но теперь её нет. 
С 1944-го по 1955-й, почти до самой смерти, Борис Шванвич заведовал своей любимой кафедрой. 

Похоронен на Большеохтинском. На могиле — памятник с изображением плана строения рисунка крыльев дневных бабочек. И – ни одного танка. А он – танк, там есть. Просто – не виден. 

P.S. В гугле даже есть изображения попыток из линий этой бабочки на надгробии составить танк. Однако подавляющее число читавших сходится во мнении о просто красивой легенде.
 

Правильно. Вот такие нарезки и выкладывают либерасты, в качестве доказательства агрессивных действий "фашисткого" режима. А момента когда мальчишка в коричневых штанишках распылял баллончик с газом по оцеплению в кадрах нет.

Может байка, может нет....
Невероятная история про Сталина, бабочек и танки 

Эта невероятная история, записанная Анатолием Полежаевым, произошла во времена Великой отечественной войны. Может быть, Вам покажется, что она не имеет отношения к образованию? А я думаю, что имеет. Эта история показывает, как раньше государство относилось к ученым. Можно ли предположить, чтобы подобное случилось в современной России или Беларуси… 
1942-й год. Зима. Война в разгаре. Немцы прут вперёд. В ставке верховного главнокомандующего – плановое совещание. Напоследок обсуждаются противные и не очень понятные присутствующим маршалам и генералитету вопросы. Маскировка. Нет, генералы кое что знают о маскировке – зимой – белые халаты, летом – хаки. Но у немцев всё как-то интереснее. Их аэродромы – не слишком заметны с воздуха, а танки – зачем-то, пятнистые и полосатые, как и форма обмундирования в некоторых подразделениях и частях. 

Товарищ Сталин требует, чтобы маскировкой занялись срочно и вплотную, и не абы как, а строго научно, с серьёзным обоснованием. Мол, мысль о том, что зелёное на зелёном – незаметно, не канает. Это и ежу ясно. Нужно что-то более универсальное. Сталин раздражён. Стучит трубкой по столу. Требует немедленных действий. Генералы чешут затылки. Предлагают копировать маскировку противника. Верховный в ярости. Ему нужен принцип и ясность. Как это работает и почему. И кто сможет этим заняться? 
Осторожно пискнув горлом, слово берёт какой-то свежеиспечённый генералишко. Он – из интеллигентов. Может, родители учёные, а, может, и сам, в прошлой жизни науку успел подвигать. Генерал робко и путано докладывает, что в Ленинградском университете был такой профессор Шванвич. Так вот он, в своё время, возглавлял кафедру энтомологии, пока её не разогнали в начале тридцатых, и занимался покровительственной окраской крыльев бабочек. Может, он на что сгодится? Сталин неопределённо хмыкает и требует срочно, сегодня же, привезти в Москву этого Шванвича и доставить прямо к нему. 
Генералы облегчённо подрываются со стульев и бегут исполнять приказание. Козёл отпущения найден. Даже два. Потому что инициатива, сами понимаете… 
Звонок в Саратов, куда эвакуирован университет. Никакого Шванвича там нет и не было. Кто-то говорит, что он остался в Ленинграде. А там сейчас, ясное дело, блокада. 
Спецрейс готов через двадцать минут. Самолёт летит в блокадный город. Шванвича находят дома, в постели. Он уже не встаёт. Куриный бульон в энтомолога заливают прямо в самолёте. 
Ночью он уже у Сталина. Главнокомандующий недоверчиво вглядывается в заросшее лицо доходяги-профессора и излагает суть задачи. Немного оклемавшийся Шванвич внимательно слушает и, похоже, даже что-то понимает. 
— Ну, что, профэссор, сможэщь помочь армии и фронту? 
— Смогу, – сипит в ответ Шванвич. 
— Что тэбе для этого нужно, профэссор? 
— Три дня и два художника… 
Через три дня Борис Шванвич докладывает перед всей Ставкой. Он избегает таких мудрёных слов, как «мимикрия» и «принцип стереоморфизма». 
Всё просто, элегантно и доступно. Основа концепции, если в двух словах – выступающее и высветленное красить в тёмное, затенённое и вогнутое – высветлять. Остальное – детали. Художники, под руководством Шванвича, уже всё проиллюстрировали. По сезонам и временам года. Для наглядности на столе стоят объёмные гипсовые модели, раскрашенные так, что их форма совершенно разваливается и уплощается. 
Шванвич говорит про «расчленяющий эффект» и про общие закономерности маскировки. 
Генералы и маршалы сидят с распахнутыми ртами. 
Год спустя, Шванвич снова на приёме у Сталина: 
— Проси, что хочэщь, профэссор… Хорошо поработал. 
Шванвич задумывается буквально на секунду: 
— Хочу кафедру энтомологии. Она была. Но теперь её нет. 
С 1944-го по 1955-й, почти до самой смерти, Борис Шванвич заведовал своей любимой кафедрой. 

Похоронен на Большеохтинском. На могиле — памятник с изображением плана строения рисунка крыльев дневных бабочек. И – ни одного танка. А он – танк, там есть. Просто – не виден. 

P.S. В гугле даже есть изображения попыток из линий этой бабочки на надгробии составить танк. Однако подавляющее число читавших сходится во мнении о просто красивой легенде.
 

Серия уроков по изготовлению маскировочного костюма типа Леший. Я просмотрел все четыре и счел возможным выложить видео сюда. Парень хоть и страйкболист вроде, но все грамотно изложено.
Урок 1 
Урок 2
Урок 3 (маскировка оружия)
Урок 4 (ошибки в изготовлении костюма)